ЗНАМЕНИТОСТЬ ИЗ ДОНСКИХ КАЗАКОВ. – В.Н.Б.

Советский врач биологических наук Вла­димир Петрович Демихов всю свою жизнь посвятил различным проблемам медицины, цель которых — продлить жизнь человека. Родился он в 1916 году в станице Ерыженской Донской области. Отец погиб на фронте во время 1-ой Мировой войны. Юношей Во­лодя начал работать слесарем. Затем посту­пил в университет. В 1933 году студент 3-го курса университета Владимир Демихов пу­бликует свою первую работу — «Замена сердца механическим прибором».

Дальше…

ПИСАТЬ ДОЛЖНО НЕ ПОНАСЛЫШКЕ. – А.К. Станкевич

Была гроза, прошла гроза,
Остались лишь воспоминанья.
И вот, во имя новых грез,
В молниеносной передышке,
Пиши о том что перенес
В крови, в слезах — не понаслышке.
Н. Туроверов

Дальше…

ВОСТОК ПРИШЕЛ НА ЗАПАД (Продолжение № 114). – П.Х. Блайт

10 ноября 1943 г. начальником Штаба Выс­шего Немецкого Командования фельдмарша­лом Кейтелем и Розенбергом была опублико­вана декларация, после которой ген. Красно­ву было гораздо труднее противостоять се­паратизму. В этой декларации «Казакия» признавалась самостоятельным государством и после своей победы немцы гарантировали ее образование, согласно всем традициям ка­зачества. Кроме того в декларации было обе­щано расселение всех каз. семей ушедших с Вермахтом в начале этого года и забота о них вплоть до их возвращения к себе домой в «Казакию».

Дальше…

ДОКУМЕНТ СТРАШНОЙ ПРАВДЫ. – Т.Н. Данилевич

Надо признать — англичане имеют граж­данское мужество признаваться в совершен­ных ошибках. Ярким примером тому может служить, издания 24 октября с. 1974. г. кни­га: «Последний Секрет». Автор ее, 36-ти летний, представительный лорд Бетхель, консерватист, вполне владеет русским язы­ком и сделал уже несколько переводов Солженицына на английский язык.

Дальше…

КОПИЯ ПИСЬМА К ЛОРДУ БЕТХЕЛЬ

13 ноября 1974

Деар Сэр,

Не могу обойти молчанием и не привет­ствовать Вас с выходом в свет вашей книги. Потрудились Вы над ней не мало. Не из со­чувствия к выданным, но руководствуясь совсем иными целями, Вы, мимовольно, соз­дали себе им  м о н у м е н т .

Дальше…

СКОРБНЫЕ ПИСЬМА

Со всех концов мира приходят письма с выражением скорби и сочувствия по случаю смерти Б.А. Богаевского.

Приводим выдержки из некоторых из них:

«Неутешное горе переживают сейчас каза­ки с потерей дорогого нам Бориса Африкано­вича. Он своим сердцем и душой был настоя­щий казак. Он любил свой Тихий Дон, хоро­шо его знал, интересовался его историей. Был многолетним, беспристрастным редакто­ром журнала «РОДИМЫЙ КРАЙ», ко всем нам, посылавшим свои статьи для помещения их в журнале и мы чувствуем какого неза­менимого человека мы потеряли.

Дальше…

СЛОВО, СКАЗАННОЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЕМ КАЗАЧЬЕГО СОЮЗА В.М. КУЗНЕЦОВЫМ ПЕРЕД СПУСКОМ ГРОБА С ТЕЛОМ Б.А. БОГАЕВСКОГО В МОГИЛУ

Мы собрались, господа, перед открытой мо­гилой Бориса Африкановича, чтобы сказать ему наше последнее «прости». Уходит от нас навсегда дорогой для казачества человек.

В жизни своей, прерванной преждевремен­но, Борис Африканович шел славным путем Богаевских. Получив техническое образова­ние и диплом инженера, он не ограничивает­ся узкими рамками работы по своей специ­альности, а, по примеру отца и дяди, одно­временно отдается служению любимому им казачеству. Сбои свободные от работы часы он посвящает общественной деятельности. В течение девяти лет он совмещает обязанно­сти председателя Казачьего Союза и редак­тора «Родимого Края». Работа инженера и двойная общественная работа переутомляют его до крайности. Он освобождает себя от обязанностей Председателя Казачьего Союза, но остается редактором «Родимого Края».

Дальше…

ПОСЛЕДНИЙ ПУТЬ. – М.Г.

Задолго до назначенного часа отпевания, собор на улице Дарю заполнился народом. Казаки Парижа, его окрестностей и даже из провинции пожелали, своим присутствием, почить память покойного Бориса Африкано­вича. Все это подчеркивало значение для всех казаков этой незаменимой потери. Мно­гие искренно плакали.

Дальше…

БОРИС. – Наташа Туроверова

Я давно познакомилась с Борисом. Вспоми­наю его среди группы молодежи, которую мой отец Н.Н. Туроверов собирал в Аньере, при музее Л.Г. Атаманского Полка. Дружная спайка этой группы, помогла папе создать этот музей, благодаря трудам и силам этой молодежи, которой папа очень гордился. Тог­да, приезжая домой только в школьный от­пуск, я не имела большого контакта с Бори­сом.

Дальше…

ПАМЯТКА. – Г.С. Новиков

Нас выбрали в один день июня 1957 года. Бориса Африкановича Богаевского — пред­седателем, а меня — секретарем Казачьего Союза. Девять долгих лет мы работали вме­сте, девять лет совместной, безо всяких раз­ногласий, интересной работы на пользу каза­чества. Были у нас широкие планы, много мы хлопотали о создании казачьего старче­ского дома; многое нам обещали, но, к сожа­лению, мы натолкнулись на влиятельную русскую организацию, которая стала нам в оппозицию. Много километров мы изъездили по Франции, много повидали мы казаков, живущих в провинции и, скажу с гордостью, много доставили им удовольствия. Помню, в город Труа, один больной, умирающий от рака кубанец (к сожалению забыл его фами­лию) просил нас его навестить. Увидя Бори­са Африкановича, он ему сказал: «Спасибо тебе, сын Атамана» и — заплакал. Со слеза­ми на глазах Борис Африканович наклонил­ся и — поцеловал его.

Дальше…

ИМЯ ТВОЕ. – Александр Туроверов

Памяти друга и редактора «Родимого Края»
Б. Богаевского
Все пройдет. Улягутся спокойно
День за днем, за годом год
И никто не вспомнит, не поймет
Наше невеселое сегодня.
Дали посох белый на дорогу,
И закрыли карие глаза…
Ветры, бури, за грозой гроза,
Ничего, привыкнем понемногу.
Это, говорят, еще не все,
Самое тяжелое за этим —
Имя христианское твое,
Самое прекрасное на свете…
Александр Туроверов


Дальше…

ПАМЯТИ УШЕДШЕГО ДРУГА. – Н. Воробьев

Как жил-был казак на далекой чужбине,
Но помнил он Дон во чужой стороне…

Мы рано повстречались на жизненном пу­ти — оба были в первом классе Донского кадетского корпуса перед самой эвакуацией, только в разных отделениях. И были мы однолетками. А затем судьба раскидала нас — его с семьей в Болгарию и Сербию, а меня в Африку и Турцию. Лет через 5-6 увиделись снова в Белграде, на короткое время, чтобы снова расстаться. Сблизились уже гораздо позже, в многолетней оживленной перепис­ке, в журнальной работе, и затем — во время моих с женой наездов в Европу, когда мы подолгу останавливались в гостеприимном домике Богаевских, в Монморанси. И в пись­мах и в статьях Борис Африканович являл собой образец политической принципиально­сти и поразительной честности и отличался здравым разумом всесторонне образованного человека. Особенно любил я читать его се­рьезные исследования исторического харак­тера, которым он посвящал немало времени, уводя нас вглубь истории донского казаче­ства. И в переписке и при личном контакте он всегда оставался спокойным и ровным, рас­судительным человеком, но главная его от­личительная черта — это была его необычай­ная скромность. Он не терпел никакого «яче­ства» и выпячивания груди.

Дальше…